Акценты – Кто, с кем и почему?

    Автор: Спрашивала Людмила НУКНЕВИЧ

    Юрий ПЕТРОПАВЛОВСКИЙ о политическом пейзаже после выборов.

    Когда сорвало «социальную резьбу»

     – Прошел ровно месяц со дня выборов в муниципалитеты. Это хорошая временная дистанция для анализа их итогов, не так ли? Ваши выводы?

    – К сожалению, на результатах голосования сказалась усталость избирателей и достаточно сложная конкурентная борьба между так называемыми прорусскими партий. Именно «так называемыми», ибо многие из тех, кто позиционировал себя защитниками русскоязычных, на самом деле таковыми не являются. Ярчайший пример – Латвийская Первая партия. Сказалась и беспардонная борьба за голоса, проводимая альянсом Журавлев-Рубикс. Те, кто слушал радио PIK, были свидетелями не просто черного пиара, а настоящей агрессивной, направленной против ЗаПЧЕЛ пропаганды. Плюс Янис Юрканс, который, не понятно, на что надеясь, заявлял: не отдадим Ригу радикалам, ни правым, ни левым, на ЗаПЧЕЛ, ни ТБ. И пытался при этом по своему обыкновению усидеть между всеми стульями сразу (где, между прочим, в итоге и оказался). В результате избиратели ПНС – а это недавние, до выхода ПНС из объединения, избиратели ЗаПЧЕЛ, в принципе разделяющие наши цели, – просто не пошли на участки. Партии Юрканса не хватило буквально нескольких сотен голосов, чтобы пройти в Рижскую думу, а левой коалиции не хватило голосов «проспавших» пэнээсовцев – это почти 4 места в думе. Перенесем эти 4 места, доставшиеся в итоге «Яунайс лайкс», с правого фланга на левый, и у нас было бы хорошее, твердое большинство в думе. Хотя и в этом случае мы должны были бы считаться с тем, что Юрканс в любой момент мог переметнуться к правым, как это сделала «Дзимтене».

    – Следовательно, не Журавлев тире Рубикс решили исход дела?

    – От перестановки мест слагаемых сумма не меняется. Фактически исход голосования решили центристы.

    – Насколько точно вы предвидели этот исход?

    – В центре позиционировали себя Партия народного согласия, «Новый центр» Долгополова, «Латвияс цельш» и там же – Первая партия. Боливару не снести двоих, а уж четверых Боливару не снести тем более. Мы предполагали, и так оно и оказалось, что на узком пятачке центристски настроенного электората завяжется ожесточенная борьба. Электората при этом плохо мотивированного – партии обращались к нему с совершенно мутными посланиями (например, уважаемый Сергей Леонидович Долгополов, как известно, никогда не говорит «никогда»). А всем известно, что либеральный избиратель во всем мире крайне пассивен. Даже в Великобритании с ее традиционной трехпартийной системой – консерваторы, лейбористы и посредине либералы – последние никогда не набирали больше 15 процентов голосов. Но при этом они оказывали весьма значительное воздействие на общий баланс сил: гоняли свою гирьку слева направо, справа налево. Это тот «бизнес», о котором, несомненно, мечтал Янис Юрканс. Но мы-то не в Великобритании живем, у нас другие проблемы. В конце концов сам Юрканс вынужден был объявить, что либеральная идея согласия у нас, увы, не нужна, она не набирает и 5 процентов голосов избирателей (заметим в склобках: согласие на все и со всеми…).

    О том же писала и латышская, и русская пресса.

     – Вы хотите сказать, что победила идея дальнейшего межнационального размежевания?

    – Да, происходит дальнейшая поляризация общества, рост конфронтации, и двери поляризирующегося электората просто зажали намертво либералов.

    – И они же распахнулись перед «Дзимтене»…

    – Нравится нам это или нет, но в условиях нарастающего конфликта избирателя интересовало только одно: способность к жесткой конфронтации, я бы даже сказал, к агрессивному противостоянию. На страхе людей перед катастрофой в медицине, ростом цен на бензин, непрерывным, буквально ежедневным удорожанием жизни беспардонно сыграл Журавлев. Он почувствовал, что уже сорвало социальную резьбу и надо не аргументировать, а бросать в толпу голословные, ни на чем не основанные, но яркие, броские, любому понятные обещания счастья независимо ни от чего. И избиратель это скушал.

    – Случится, вероятнее всего, несварение желудка. Скоро, по-вашему?

    – Полагаю, избиратели простили бы Журавлеву рокировку в сторону правой коалиции, торговлю в думе своими голосами только в том случае, если бы получили за это что-то серьезное. Но место Марики Журавлевой, возглавившей после долгих дебатов комитет среды, недостаточно для реализации даже только в этом комитете политических или хотя бы разовых заказов и интересов лидеров «Дзимтене». У Журавлева нет такой «золотой акции», которую он мог бы обменять ради усиления своего влияния в думе. Проще говоря, обещанного избирателю он не выполнит. И вы помните, что в свое время провозгласил Юрканс? «Мы пойдем во власть!» Чем это кончилось для ПНС?..

    – Что помешало партии Долгополова успешнее выступить на выборах? При том что ресурсы, и организационные, и финансовые во время предвыборной кампании были подключены огромные.

    – Список «Нового центра» был составлен по принципу: отовсюду понемногу – получится партия. В ней Чепанис – сторонник школьной реформы, который в интервью «Латвияс авизе» открыто заявил, что надо указать русским их место, гнуть их в бараний рог и заодно оторвать, вывести из-под влияния ЗаПЧЕЛ. И в этом же списке «красный директор» Курдюмов, бывший депутат Верховного Совета, бывший член «Равноправия», который не голосовал за независимость ЛР, о чем почти десять лет писала латышская пресса.

    – А если этот тандем считать мудрой попыткой примирения недавних врагов?

    – Невозможно объединить латышский и русский электорат на такой основе. Те, кто готов проголосовать за Чепаниса, ни за что не станут голосовать за Курдюмова. Долгополов как промежуточная фигура более или менее приемлем для всех. Но люди все же отдают себе отчет, что они голосуют за список партии, а не за одного человека.

     Мы – за сотрудничество. Но не с кем попало

     – После сказанного вами трудно представить, на какой же общей платформе могут объединиться партии, выступающие за интересы русских. Хотя именно этого ждут, если не сказать – требуют, многие избиратели.

    – Понимаете, все это совсем не детские обиды сторонников и противников тех или иных партий… Но тем не менее, если надо для дела, я готов сотрудничать с кем угодно. При одном условии: если это сотрудничество будет эффективно и выгодно тем, кто проголосовал за нас, кто в нас верит. Мы за сотрудничество, но нет смысла включать в «корпорацию» ЗаПЧЕЛ или любую другую людей, которые уже доказали, что их стиль – это «кидалово». Кидалово, помноженное на глупость.

    – И что же вы намерены делать?

    – Будем и дальше бороться за русского избирателя, делом доказывая, что мы едва ли не единственная партия, последовательно борющаяся за его интересы. Кстати говоря, мы САМАЯ СУДИМАЯ партия. Были смешные периоды, когда почти все депутаты «пчел» одновременно находились под административными судами, и некому было даже подать заявку на проведение акции протеста, пикета и т.п.

    – Вы не думаете, что слово «судимость» подсознательно вызывает у людей скорее отрицательную реакцию?

    – Да? А вы посмотрите, сколько плюсов набрал на выборах Геннадий Котов. Больше всех! А у него, между прочим, больше всего этих административных судимостей. Но в любом случае мы не станем ездить на, простите, дерьмовозах, вешать себе на шею жестяное ведро, обряжаться в тельняшку с криком «Даешь революцию!» Я чертовски сомневаюсь, что бы это понравилось НАШЕМУ избирателю. Если бы он хотел голосовать за горлопанов, клоунов и откровенных популистов, он бы уже сейчас проголосовал за Журавлева.

    – Какой он, ваш избиратель, вы знаете?

    – Если за «Дзимтене» проголосовали жители, не в обиду им будь сказано, социально депрессивных районов – Болдераи, Чиекуркалнса, Саркандаугавы, то за «пчел» в основном те, кто в той или иной мере уже нашли свое место в новой жизни. Вы знаете, что массовой базовой защитой русских школ являются вовсе не социально угнетенные слои? Им как раз не до защиты школ, этих людей заставили бояться всего на свете. И именно на них делают ставку и Журавлев (обещает им к обеду светлое будущее), и власть (нагоняя, к примеру, страх на педагогов русской школы в Болдерае). За ЗаПЧЕЛ голосуют другие, те, кто составляет основу массовых митингов, шествий, акций протестов, пикетов. Они уже не боятся и готовы бороться делом, а не фразой за свое будущее и будущее своих детей. Вот была крайне жесткая акция 16 марта, и кто в ней участвовал? Успешный врач-анестезиолог Виктор Дергунов. Он участвует в пикетах потому, что реформа уже затронула его детей и внуков, их будущее. В пикете же стоял успешный учитель Владислав Рафальский, ставший депутатом Рижской думы. По той же причине – из нежелания сидеть сложа руки в ожидании от власти манны небесной. Словом, ЗаПЧЕЛ теперь объединяет и интересы социально угнетенных жителей, и среднего класса русских Латвии.

     «От судьбы не уйдешь» в местном и европейском исполнении

     – По данным избиркома активность русских на выборах была даже несколько выше, чем латышских избирателей?

    – В Риге русских избирателей не более 32 процентов от общего числа имеющих право голоса, а они избрали не менее 30 депутатов Рижской думы. Если бы все латышские избиратели проголосовали за так называемые правые партии, мы бы, все вместе, не имели в думе больше 20 мест. Значит, пассивными были в первую очередь латыши.

    – При этом и те и другие выбирали по национальному признаку. На ваш взгляд, межнациональное противостояние будет и дальше набирать обороты?

    – Все нарастающую эскалацию межэтнического конфликта латышский политолог Бригита Зепа охарактеризовала как этнополитический конфликт между русской общиной и властью. Я бы сказал: между русской и латышской общинами ЧЕРЕЗ власть. Потому что эту власть с Марса никто нам не привез, мы имеем ту власть, за которую можем сказать спасибо нашим латышам-землякам, – это они ее выбрали. Но есть русская пословица «от судьбы не уйдешь». Она имеет прямое отношение к неизбежности перересмотра закона о гражданстве, процесса натурализации, к знаменитому «завинчиванию гаек», объявленному устами Эмсиса. Происходящее у нас настолько топорно, скандально не соответствует условиям игры Евросоюза и европейской демократии, что то же завинчивание гаек может обернуться введением достаточно откровенного, прямого управления ситуацией в Латвии из Брюсселя.

    – Однако у ЕС своих головных болей достаточно, и на нас ему…

    – …совершенно согласен. Но Евросоюзу не наплевать на себя. Европа события, аналогичные нашим, уже проходила, и не раз. Это было и в Ирландии, и в Каталонии, и в Македонии, и чем все это кончается, там отлично знают. Поэтому я уверен, что ЕС в конце концов вынудит Латвию ратифицировать ту же Рамочную конвенцию по защите прав меньшинств.

    – По адресу конвенции я слышала реплику: она, что дышло, куда повернешь, туда и вышло…

    – Но в ней сказано, что участники, ратифицирующие конвенцию, принимают на себя обязательство НЕ УХУДШАТЬ ситуацию в сфере образования. Очень, согласитесь, сомнительно, чтобы наша реформа русской школы отвечала этому требованию. А есть еще и директива Евросоюза, коротко называемая антирасовой, о предотвращении дискриминации по признаку языка, вероисповедания, культуры и т.д. Побудить Европейский парламент и Еврокомиссию к принятию законодательных актов прямого действия, нужных нам, тоже одна из наших задач.

    – Спасибо вам за «разбор полетов» и – успехов!

    Related Post