Айварс Эндзиньш: между Риббентропом и Молотовым

    Автор: Владимир Бузаев
    На историческую и этническую…

    Провозглашенный в пятницу 13 мая приговор Конституционного суда по «школьной реформе» мало кого удивил. Удивила разве что мотивация. Дорогого стоит первый же пункт приговора, начинающийся с фразы «…первым делом  следует иметь ввиду, что это дело нельзя рассматривать в отрыве от сложной этнодемографической ситуации, образовавшейся в результате советской оккупации и …целенаправленно осуществляемого СССР геноцида против народа Латвии  .. В результате уменьшилось число латышей .. но существенно возросло число инородцев…[и] была образована базирующаяся на принципе сегрегации отдельная параллельная сеть русскоязычных школ».

    Приговор суда изящно укладывается в целую серию  деклараций «Об оккупациях», синхронно принятых Балтийской ассамблеей, Сеймом ЛР, Европарламентом и сенатом США. Учитывая, что жить нам рядом все же не с американцами,  приведу выдержки из отечественного продукта, причем касающиеся главным образом не России, а русскоговорящих латвийцев.

    Преступный СССР не только «убивал, пытал и депортировал сотни тысяч жителей [Латвии], но и … пытался разрушить и русифицировать национальную культуру Латвии, направив в Латвию сотни тысяч жителей СССР». Так меня и многих читателей этой  статьи в одной строчке приравняли к работникам НКВД. Мне-то еще не так обидно, ибо я реально «пытался разрушить», въехав в Ригу в полуторамесячном возрасте на руках у четы молодых специалистов, направленных на восстановление РВЗ. Но для троих моих детей, впервые увидевших Латвию из окна роддома напротив Матвеевского рынка, мысль о злонамеренной целенаправленности их появления на свет звучит крутовато.

    Предусмотрено в Декларации и как поступить с этими «сотнями тысяч». А именно, «заключить между Латвийской Республикой и Российской Федерацией специальное соглашение, которое бы установило взаимные обязательства по погашению материальных расходов, а также оказанию помощи переселенцам и их семьям, переселяющимся на свою историческую или этническую родину». Речь здесь идет вовсе не о военных (которые упомянуты в Декларации отдельно), а о ВСЕХ.

    Причем заговорили о «переселенцах» примерно через 10 лет после того, как эмиграция фактически прекратилась. И ровно через три месяца после того, как Сейм, несмотря на наши протесты, вычеркнул из закона «О репатриации» норму, устанавливающую пособия таким переселенцам из латвийского бюджета.

    При обсуждении Декларации коллеги с трибуны Сейма нам объяснили, что под этой строчкой о «специальном соглашении» они имеют ввиду аналог заключенного на основе пакта Риббентропа – Молотова соглашения между Германией, СССР и Латвией о единовременной и окончательной репатриации ВСЕХ балтийских немцев.

    В происходящем можно уверенно найти признаки отказа от заявленной политики «интеграции общества» и возвращения к политике «вытеснения инородцев» начала 90-х. О подзабытой политике «вытеснения», по масштабам воздействия на демографическую ситуацию вполне сопоставимой с пресловутым ПАКТОМ, я и хочу сказать несколько слов.

    Причём здесь Эндзиньш?

    Председатель суда Сатверсме господин Эндзиньш – юрист экстра–класса, неоднократно осмеливавшийся выносить идущие вразрез с волей Сейма и правительства приговоры, что нетипично для бывшего парторга ЛУ. Но случалось ему в жизни подписывать и более позорные бумаги, чем приговор по делу о «школьной реформе».

    Я имею ввиду не лицемерную Декларацию о восстановлении независимости, пятнадцатилетие которой мы так бурно отпраздновали 4 мая. А гораздо более честный документ – постановление Верховного совета ЛР «О восстановлении прав граждан и основных условиях натурализации» от 15 октября 1991 года. Эндзиньш подписал его вместо секретаря Верховного совета. Оттуда, кстати, он и позаимствовал элементы преамбулы к приговору, провозглашенному 13.05.2005.

    Именно упомянутое Постановление разделило избирателей Верховного совета на граждан и неграждан, и именно в нем было объявлено о невинной на первый взгляд процедуре – всеобщей регистрации жителей.

    Что из этого вышло, можно оценить лишь сравнивая между собой обе оккупации и последовавшую за ними «демократизацию».

    Немецкая оккупация

    Результаты первой оккупации в знаменитой книжке, подаренной Путину Вайрой-Вике Фрейбергой, оцениваются достаточно скромно.  На 250 странице указывается, что были убиты 80-100 тысяч гражданских жителей Латвии, в том числе евреев. Советская историография говорит о 600 тысячах жертвах среди гражданского населения и советских военнопленных. Но в это число включены и сотни тысяч гражданских лиц, свезенных в Латвию для уничтожения со всей Европы. Политический климат для этого был у нас подходящий.

    Демографическая статистика указывает, что сразу после войны население Латвии сократилось на 20%, или на 400 тысяч человек. Это – как минимум 100 тысяч убитых гражданских лиц и несколько десятков тысяч погибших в боях по обе стороны фронта. Остальные – либо высланные в Германию на принудительные работы, либо добровольно ушедшие или угнанные вместе с отступающими фашистами. Причем только те, которые не вернулись.

    Советская «оккупация»

    В той же «президентской» книжке на 304-305 стр. говорится о 140-190 тысячах политически репрессированных – преимущественно высланных. Число убитых, умерших в тюрьмах и ссылке среди них колеблется от 10 до 20%. Среди  политически репрессированных были и лица, добровольно пошедшие или насильственно мобилизованные в гитлеровские войска. Всего мобилизованных  было 110 тысяч, в том числе в “добровольческий” легион SS – 52 тысячи (стр.258).

    «Оккупация»  с точки зрения официоза длилась аж до 1990 года. Авторы книжки не скрывают, что с 1954 года число арестованных резко снизилось, и «не превышало десятков в год».

    Что касается демографической статистики, то она за последние 40 лет «оккупации» фиксирует прирост населения на 600 тысяч человек. С целью «разрушить и русифицировать», разумеется. Правда, наличие этой цели не подтверждено НИ ОДНИМ архивным документом. А среди этих 600 тысяч оказались, кстати и 100 тысяч «приросших» латышей, как иллюстрация к «осуществляемому СССР геноциду». Ну и в результате этого «чудовищного наплыва» мигрантов население республики к 1989 году оказалось на 8% больше, чем в 1914 году.  Доля латышей в населении действительно  уменьшилась: с 56% в 1914 году [оценка] до 52% в 1989.

    Читатель сам может найти  «целенаправленную» ложь как в цитатах из решения Конституционного суда, так и в выдержках из Декларации. И по ней оценить содержание нецитированной части документов.

    Равно как у каждого имеется возможность сравнить один «тоталитарный» режим с другим, и самостоятельно сделать выводы о степени наличия совести у политиков, ставящих оба режима на одну доску.

    Достижения «демократии»

    С 1989 по 2005 год население страны сократилось на 378 тысяч человек, что очень близко к потерям в результате гитлеровской оккупации. Латышей стало меньше на 40 тысяч. С учетом того, что в «оккупантские» времена прирост коренной нации составлял около 2500 человек в год, прибавьте сюда еще  2500*15 = 37500 тех, кто мог бы появиться на свет или выжить в других исторических условиях. Итого, потери коренной нации вполне сопоставимы с теми 80 тысячами убитыми нацистами латвийскими гражданами, большинство из которых, кстати, были евреями.

    Поэтому, если сравнивать все три режима, то место господина Эндзиньша гораздо ближе к Риббентропу, чем к Молотову.

    Методы, правда, были иными. Но тоже вполне эффективными. К примеру, с принятия «постановления Эндзиньша» правовой статус почти 900 тысяч человек (куда там Риббентропу!) три года висел на п.2 другого Постановления ВС ЛР – «О порядке вступления в силу закона ЛР «О въезде и пребывании иностранцев и лиц без гражданства в Латвийской Республике»». Там в стиле сегодняшней Декларации туманно говорилось, что  «их статус и условия пребывания  [в Латвии] определят особые законодательные акты и международные договора». 160 тысячам из этих 900 вообще отказали в регистрации в Регистре жителей. В результате ни жениться, ни ребенка крестить, ни пособие получить, ни на работу устроиться. Как советскому партизану в латгальских лесах.

    После оказания такой «помощи переселенцам и их семьям, переселяющимся на свою историческую или этническую родину»  количество неграждан на сегодня уменьшилось вдвое. Менее ¼ этой убыли приходится на натурализацию или регистрацию в качестве гражданина.

    Геноцид

     Ну и в заключении – о геноциде, поминаемом всуе в приговоре Конституционного суда. В соответствии с Конвенцией ООН 1948 года О предупреждении преступления геноцида и наказании за него  под геноцидом понимаются (статья 2, пункты c и d): «действия, совершаемые с намерением .. частично уничтожить какую – либо .. этническую группу.., как таковую:

    1. c) предумышленное создание … таких жизненных условий, которые рассчитаны на.. частичное физическое уничтожение ее;
    2. d) меры, рассчитанные на предотвращение деторождения в такой группе».

    Так вот, в последний год «геноцида СССР» у большинства этнических групп был положительный естественный прирост (превышение рождаемости над смертностью). На 1000 человек у латышей этот коэффициент составлял 1,11, у нелатышей в целом – 1,22, у этнических русских – 0,97.

    С 1992 года началась катастрофическая естественная убыль населения во всех основных этнических группах. Но у латышей соответствующий коэффициент в 2003 году составлял всего лишь –3,12, у нелатышей – «- 7,41», у этнических русских – «-6,67». То есть – русские вымирают в 2,1 раза быстрее, чем привилегированная коренная нация, а нелатыши в целом – почти в 2,5 раза быстрее. Смертность у нелатышей – на 16% выше, чем у латышей, а рождаемость – почти на четверть меньше!

    Одним из эффективных методов  «предотвращения деторождения» и является «школьная реформа», начатая, как известно,  еще в 1996 году [не менее двух предметов – по латышски!], и посеявшая у нелатышей вполне обоснованную неуверенность в будущем своих детей.

    Еще раз подчеркну, что речь здесь идет не об эмиграции, а исключительно об естественной убыли населения. Национальность новорожденных указывается по национальности матери, что исключает влияние смешанных браков на степень депопуляции той или иной этнической группы.

    Для сравнения, в 2001 году показатель естественной убыли  латышей и нелатышей (3,97 и 7,93 на тысячу человек) различался ровно вдвое. Соответствующий показатель для Латвии в целом –5,6; русских – 7,2; белорусов -11,4; украинцев – 6,7; поляков –10,1; литовцев – 8,2. Для иностранных государств (2000 год): Россия – 6,6; Белоруссия – 4,1; Украина -7,6; Польша – +0,3; Литва – 1,3. Эти цифры не свидетельствуют о том, что совокупность условий проживания того или иного национального меньшинства в Латвии лучше, чем в странах, являющихся их «этнической родиной».

    Тревожные показатели естественной убыли населения остаются почти неизменными на протяжении десятка лет. В случае продолжения движения в том же направлении мы к началу следующего столетия будем иметь в Латвии лишь полтора миллиона человек – меньше, чем в 1920 году, после германской оккупации и массовой эвакуации работников промышленных предприятий. Зато доля коренной нации в составе населения составит аж 68% вместо сегодняшних 58% – почти как в благословенном 1935 году!

    Этот прогноз дан без учета демографического давления со стороны нашей новой большой страны – Европейского союза. Именно относительно низкие плотность и  коэффициент воспроизводства населения по сравнению с Российской империей и СССР (а вовсе не мифические происки царей и членов Политбюро) и приводили к «механическому» приросту населения Латвии во второй половине позапрошлого и прошлого века.

    Для Европейского союза с его низкой рождаемостью ожидать следует притока во все его части «нетрадиционнных» иммигрантов. Если этот приток позволит к концу столетия восстановить численность населения на уровне 1989 года, то нетрадиционные иммигранты составят 44% населения, традиционные (потомки нынешних русскоязычных граждан и неграждан – 18%), коренная нация – 38%.

    P.S. Кроме «президентской» книги – Latvijas vēsture 20. gadsimts [2005] для подготовки статьи использовались  и другие источники.

    В том числе:

    Latvijas statistikas gadagrāmatas [за разные годы]

    Энциклопедия «Советская Латвия» [1989]

    Монография “Русские в Латвии”, [1992]

    Данные в случае необходимости подвергались пересчету по общепринятой методике. К примеру, прогноз депопуляции населения до конца столетия рассчитывался по соответствующей экспотенциальной зависимости.

    Расчет доли латышей в населении в 1914 году проведен исходя из их максимальной надежно зафиксированной абсолютной численности на территории Латвии [перепись населения 1989 года].

    Related Post