В прошлом номере «Ракурса» была опубликована статья В.Бузаева и Г.Котова «Этнократия на изломе...», в которой справедливо утверждалось, что положение нелатышей в Латвии в последние годы не только не изменилось в лучшую сторону, но даже ухудшилось. Одновременно авторы статьи выразили уверенность, что уже в следующем году ситуация начнет улучшаться и, более того, сделали оптимистический вывод: мы накануне перемен! Неужели и в самом деле, исходя из заголовка, стоит ожидать, что этнократия вот-вот рухнет?

После 1991 года, когда прекратил свое существование СССР, политические процессы в мире стали носить намного более радикальный характер. В первую очередь, благодаря США, которые остались единственной супердержавой и стремятся к расширению своего влияния в мире. А также благодаря буквально взрыву национализма в странах Восточной Европы и возникших на территории бывшего СССР новых государствах. При этом международные политические отношения не застыли на каком-то определенном уровне радикализации, а продолжают радикализироваться. Это видно и на примере политики США в отношении Ирака и Ирана, и на примере политики Украины, Грузии, Польши и Литвы, заявивших о намерении создать так называемое Балтийско-Черноморско-Каспийское содружество – очередной санитарный кордон вокруг России. Это видно и на примере политики тех же Литвы, Латвии, Польши и Украины, заявивших о стремлении бороться с режимом Александра Лукашенко, и на примере роста в мире влияния политических партий неонацистского толка.

Нужно признать очевидное: международная политическая ситуация после 1991 года развивается в известной мере на основе попрания норм демократии и усиления радикализма в международных отношениях и благоприятствует тому, чтобы латвийская этнократия не только продолжала выступать с позиций русофобии, но и сохраняла неизменным начатый в 1991 году политический курс на строительство так называемой «Латышской Латвии». Поэтому вовсе не случаен и тот факт, что правящей элите Латвии удалось добиться серьезных политических успехов на международной арене как в вопросе признания разделения населения Латвии на граждан и неграждан, так и в дискуссии на тему «двух оккупаций». Более того, следуя основному тезису своей внутренней политики, что «суверенной Латвии с 1940 по 1990-й год не было», латвийская правящая элита смогла произвести буквально переворот во внешней политике Европы. Именно так следует оценивать начавшуюся в мире накануне 60-летия Победы над фашизмом во Второй Мировой войне дискуссию о нелегитимности соглашений в Ялте и Потсдаме, признание чего ставит под удар всю послевоенную систему международного права, включая и закрепленный в Уставе ООН принцип неприкосновенности государственных границ. Это признание, если оно окончательно состоится, отбросит Европу в правовое состояние до 1938/1939 года, результатом которого стала Вторая Мировая война.

Таким образом, сегодняшняя позиция Европы отнюдь не угрожает латвийской этнократии. Но кроме этого геополитического фактора, существует и усиливающий позиции этнократии внутриполитический фактор, а именно поддержка со стороны значительного числа латышей и, как это ни парадоксально, значительного числа нелатышей. Когда в первой половине 90-х годов правительство Латвии взяло курс на ликвидацию промышленности, несколько сотен тысяч тех, кто раньше трудился на производстве, остались без работы и были вынуждены заняться частным бизнесом. Из этих нескольких сотен тысяч со временем сформировалось несколько десятков тысяч мелких и средних бизнесменов, которые ради сохранения своего бизнеса готовы поступиться своими политическими правами или правом на сохранение национальной идентичности своих детей. Бизнес для этих людей, как и зарплата для тех немногих русских, которые занимают сегодня должности чиновников в Латвийском государстве, уже давно оказались важнее соблюдения норм демократии, и этнократическое руководство Латвии, несомненно, учитывает этот фактор в своей политике.

Подводя итог сказанному, можно сделать вывод, что этнократия сегодня, увы, не находится «на изломе». Наоборот, этнократический политический режим в Латвии чувствует себя сегодня достаточно уверенно, поскольку не только умело использует внешнеполитическую конъюнктуру, но и опирается на достаточно весомую внутреннюю поддержку. Извечный русский вопрос: что делать? Зададим вопрос: а какой в этой ситуации должна быть стратегия и тактика борьбы национальных меньшинств Латвии за соблюдение своих прав?

Разрабатывая стратегию и тактику деятельности демократической оппозиции режиму этнократии (а демократическая оппозиция и национальные меньшинства в Латвии это сегодня практически синонимы), важно помнить, что внутриполитические изменения революционного характера, приводящие к образованию независимого государства или к смене формы общественного строя, в Латвии всегда происходили в результате глобальных внешних перемен и внешнего давления. Так было в 1918-м и в 1940-м году, так было и в 1988-1991 годах.

Именно поэтому в вопросе защиты прав русского населения Латвии сегодня крайне важно продолжать ту активную линию защиты прав национальных меньшинств в Европарламенте, которую уже проводят активисты Штаба защиты русских школ при самом активном содействии депутата ЕП Татьяны Жданок. Но выступлений в защиту образования на русском языке или в защиту Юрия Петропавловского, первым попавшего под каток «лояльности», сегодня уже недостаточно.

Сегодня до всех депутатов Европарламента, а также до общественного мнения стран Европы необходимо донести мысль, что Латвийское государство после 15 октября 1991 года не является и никогда не было демократическим, а его национальная политика и курс на пересмотр итогов Второй Мировой войны несут угрозу не только будущему Латвии, но и миру в Европе. Это первая и самая главная задача, которую, наверно, должна сегодня решать демократическая оппозиция.

Во-вторых, совершенно очевидно, что в борьбе за демократизацию Латвийского государства демократическая оппозиция должна пытаться выходить за рамки только русской и русскоязычной общин, и по вопросу оценки политического режима, а также по вопросу оценки угрозы фашизма в Латвии и той угрозы, которую политика латвийской этнократии несет миру в Европе, вырабатывать совместную с латышами и другими национальными меньшинствами точку зрения. Нет никакого сомнения, что такой подход будет встречен в штыки, наверно, весьма значительным числом латышей и прохладно (это в лучшем случае) – многими представителями национальных меньшинств. Тем не менее объединение усилий очень важно, поскольку оно даст важный импульс к прозрению Европейского сообщества и, соответственно, к демократизации Латвийского государства.

В-третьих, сегодня, наверно, уже для всех ясно, что пик массовых протестов против так называемой «школьной реформы» прошел и в ближайшее время людей на улицу вывести будет практически невозможно. Из этого вытекает то, что на смену многотысячным акциям протеста должны придти другие формы борьбы с этнократией. Сегодня это, наверно, в первую очередь идеологические формы. Если зайти в любой книжный магазин и посмотреть школьные учебники по всеобщей истории и истории Латвии, то мы увидим, что в них торжествует русофобия и стремление на примере Латышского добровольческого легиона СС прямо или косвенно оправдать фашизм. Что мы сегодня можем этому противопоставить? Что мы сегодня можем противопоставить тем книгам на иностранных языках, которые издаются под эгидой так называемого Музея оккупации? К сожалению, или ничего, или почти ничего. А это значит, что как мировоззрение школьников, так и мировоззрение тех 40 тысяч иностранцев, которые ежегодно посещают Музей оккупации формируется на основе русофобии и идеологии этнократии. Именно поэтому сегодня крайне важно обозначить приоритет идеологической работы с населением - проводить исторические чтения, конференции, издавать соответствующую литературу на латышском, английском, немецком языках, делая при этом особый акцент на критике исторических фальсификаций, а также на тех угрозах, которые режим этнократии несет народам Латвии и Европы. Крайне важно также в этой работе начать использовать новые дефиниции, отказавшись от тех, которые себя не оправдали. В первую очередь, необходимо, очевидно, отказаться от термина «школьная реформа», заменив его на «политику насильственной ассимиляции национальных меньшинств».

В-четвертых, партии демократической оппозиции должны сегодня признать, что ситуация с правами национальных меньшинств и, как это ни парадоксально, латышей в Латвии вызывает сегодня более чем тревогу, в некоторых аспектах она напоминает сползание к катастрофе, т.е. уже неостановимо ведет или к ассимиляции значительной части нелатышей, или к отъезду нелатышей и латышей из страны, или к их маргинализации. Остановить это сползание может лишь отмена курса на строительство так называемой «Латышской Латвии». А это, в свою очередь, возможно лишь при выдвижении и отстаивании политическими партиями демократической оппозиции требования проведения всеобщих выборов в Сейм и муниципальные органы власти. Если уже в ближайшее время это требование не станет главным и общим требованием в борьбе демократической оппозиции за права национальных меньшинств и права латышей, то ситуация с правами национальных меньшинств Латвии и с правами латышей будет продолжать ухудшаться, а этнократия будет продолжать торжествовать.

В-пятых, представители демократической оппозиции должны активно бороться за власть. Бороться за власть – это сегодня значит проходить процедуру натурализации, если у вас пока нет гражданства. Это значит, обязательно придти на выборы и проголосовать, если на предыдущих выборах вы по какой-то причине в выборах не участвовали. Это значит, что вы, если чувствуете в себе необходимый потенциал для работы депутатом, должны баллотироваться на выборах в Сейм или муниципальные органы власти. Это значит, наконец, что для победы на выборах мы должны объединяться с теми, кто готов хотя бы частично отстаивать наши требования. Особо отмечу, что готовность пройти процедуру натурализации и участвовать в выборах вовсе не означают того, что демократическая оппозиция признает требование к негражданам проходить натурализацию и не всеобщие выборы справедливыми и демократическими по своему характеру. И натурализация, и проводимые в Латвии после 1991 года не всеобщие и нечестные выборы остаются глубоко несправедливыми и недемократическими, и демократическая оппозиция, признавая их таковыми, должна добиваться, чтобы они таковыми были признаны и всеми жителями Латвии, а также всем мировым сообществом.

Виктор Гущин, сопредседатель ОКРОЛ