Сколько нам лет?

Итак, итоги выборов всем известны. Правые  получили 31 мандат в Рижской думе и немедля, на скорую руку сколотили коалицию четырех, забыв - на время, конечно, - о том, как на самом деле «нежно любят» они друг друга. ЗаПЧЕЛ, партию вторую по числу сторонников в Риге, в коалицию, естественно, не пригласили. И глупо было бы ждать приглашения. Игра велась воткрытую:  править городом должны латыши. Национал-политический цинизм редкой откровенности и густоты, но  для кого это новость? Меня, однако, во всей этой истории в конечном счете больше волновали не  правые, а мы сами, русские, или русскоговорящие. Какие  мы? Поразмышляем вместе на этот предмет?..

В день 12 марта к семи утра я была на избирательном участке в Иманте. С первым избирателем, точнее избирательницей, познакомилась ровно в 7.00. Дверь еще не открыли, и она гневливо дергала ручку двери: «Почему закрыто? Мне на работу!» Дама говорила по-латышски, очень спешила и за кого проголосовала, спросить было ну просто никак. Тем более, что сам по себе вопрос деликатного свойства. В так называем цивилизованном мире вообще считается верхом непричия  спрашивать о трех вещах – сколько зарабатываешь, веришь ли в Бога и за кого голосуешь. Но я все же поспрашивала. Позже. А поначалу, до поры до времени следила во все глаза за происходящим.

Вы  не обращали внимания, как ведут себя люди на избирательном участке? Любопытное, доложу вам, зрелище.

С раннего утра приходил главным образом не сильно богатый торговый люд. И латыши, и нелатыши. Хотя различить, кто есть кто, совсем непросто – бедность и печать загнанности на лицах не имеет национальных черт. Но это – при входе. А дальше на моих глазах происходила метаморфоза. «Титульная» тетушка, явно труженица рынка, чуть потоптавшись у входа, вскорости приосанилась и к столу с пачками бюллетеней подошла с не очень высоко, но все же поднятой головой. На лице прямо-таки написано: всем им, правителям, не верю, но это - мой час и  «имею право!» Не то с русскими.

Не очень старая женщина, прошерстив пачку бюллетеней, выпала из кабины едва ли не в полуобмороке: «Нету ЗаПЧЕЛ!». Наблюдателю на участке общаться с избирателями не положено, но я все же продиктовала, почти по буквам: смотрите  список   Par cilveeka tiesiibam vienоtaa Latvijaa. С тоской подумав при этом – ну что стоит выучить хоть фразу на латышском?  

К полудню поток избирателей набрал силу, и между двеннадцатью и часом дня выстроилась  очередь человек в сорок, с хвостом аж на лестнице. Дивно-дивное, народ валом валит, значит, не спим, значит, лед тронулся? После трех, однако, бурный поток иссяк, превратившись в тоненький ручеек. Сколько всего проголосовали на этих выборах, вы сами знаете.

Ровно в десять вечера участок закрылся, и почти до двух ночи комиссия считала бюллетени и голоса. Район Иманты не русский, но и не насквозь латышский. Что «Яунайс лайкс» наберет больше других, можно было предположить заранее, и что «пчелы» будут вторыми – тоже. А вот рывок «Дзимтене» – полная неожиданность, и понятно, что для политологов это богаааатая пища для размышлений.

Я не политолог, я сейчас - наблюдатель. Я вглядываюсь в русские лица, в движения, жесты, и не обнаруживаю в них главного, чего жду и хочу, - спокойного чувства собственного достоинства. Понятно, подмяли, задавили пятнадцатью годами гонений и прямых издевательств, отсюда ожесточение на грани бунта. Всплывает в памяти знаменитое пушкинское – про «русский бунт»… Вот на этой струне очень умело, как оказалось, сыграли журавлевцы из «Родины», бишь Dzimtene.

За день до выборов мне попала в руки их листовка с исключительно выразительным и красноречивым  текстом. Вы читали? «Аборигены г.Риги! Как долго позволим «иметь» себя как Сидорову козу «туберкулезникам» (ТБ/ДННЛ) и «псевднолевакам» (ЗаПЧЕЛ)?»  Далее «псневдолеваки»  еще обозваны, для вящей, видимо, убедительности, «падлами», и завершается текст призывом:  «Бей первым, Фреди! За Dzimtene!»

Бред какой-то, подумала я тогда, прокламация для отморозков или для прыщавых подростков, которым бы только кулаками помахать. Оказалось – не бред, оказалось, точный политтехнологический ход.  Что тут сыграло? «Бей первым, Фреди»? И что с этим «бей» вперемешку с посулами скорой лучшей жизни можно было две недели не отходить от микрофона, благо своя радиостанция под рукой?  А что Dzimtene, она же в недавнем прошлом партия «народного благосостояния», для этого самого благосостояния за все годы пальцем не шевельнула, это, оказалось, неважно.

Милые вы мои, да что же это с нами, которых русскими называют, происходит? Ну как же нам не стыдно с легкостью заглатывать самую что ни на есть дешевую наживку?

А о ЗаПЧЕЛ, как мне рассказывали позже, «ходили слухи». Что-де распались «пчелы», что вот, мол, даже рекламных«голов» по всему городу не понавешали. Я-то по наивности считала это благом, потому как и без того не продохнуть было в городе от всякопартийных призраков, уставившихся на нас со всех заборов. Но, получается, что «головы» надобны, что подсели мы, изъясняясь на языке той же Dzimtene,  на этот  пиар-наркотик? Что нам уже и впрямь нужны эти забитые по самую маковку почтовые ящики с предвыборными листовками? Что не важно, кто что делает, важно, какую еще небесную манну пообещает и, главное, с какой степенью   напора и наглости...

Однако знаете, что оказалось удивительным для меня же самой? Что в конечном счете я искренне радовалась за «пчел». И не в том только дело, что 9 мандатов в думе после случившего в объединении  раскола результат на самом-то деле отличный. И даже не в подтвержденной  таким образом «верности партии». Много важнее, я думаю, что голоса за «пчел» были голосами взрослых людей, которых уже ни обмануть, ни на купить ничем. Может быть, это самый главный итог муниципальных выборов?